ЯЧМЕНЬ: ОБ ОПАСНОСТИ ПОЦЕЛУЕВ И ПР.
June 9, 2026
Продолжим нашу рубрику вопрос-ответ с доктором Бенджамином о научных и псевдонаучных мифах в лечении ячменя. Какова цена опасного поцелуй в веко и другие интересные факты читаем здесь.
Формально наш офис возник в 1997 году, но у него была невероятная предыстория, уходящая корнями в Будапешт позапрошлого века. Именно тогда честолюбивый юноша Роби Сич, выходец из семьи торговца, решил стать офтальмологом. К началу XX века примерно половина венгерских врачей были евреями, но вскоре волны эмиграции это число сильно уменьшили. Одной из этих волн Роби и принесло в Америку.
К началу XX века примерно половина венгерских врачей были евреями, но вскоре волны эмиграции это число сильно уменьшили. Одной из таких волн в 1910 г. Роби вместе с семьей и принесло в Америку.
Молодой венгерский доктор, теперь уже не Роби, а Роберт Сич в итоге обосновался в Лос-Анджелесе. В то время здесь, как и в его родном Будапеште, ходил греющий сердце трамвай, в районе нынешних Уилшир-бульвара и Ла Бреа бурили нефть, на месте Студио-сити процветали фермы, а Беверли-Хиллз еще и в помине не было.
Роберт Сич, как и многие еврейские выходцы из Европы, был пассионарной личностью, и вскоре основал свою практику, добился признания и успешно лечил калифорнийцев добрых полвека. В 1965 году в Лос-Анджелес с тремя детьми и женой-итальянкой переезжает молодой доктор Джозеф Робинс.
К этому времени он успел не только отслужить медбратом в Корейской войне, но и закончить в Чикаго резидентуру по специальности «Глаз-ухо-горло-нос». В Америке в то время (и вплоть до 1970-х) ЛОР-врач и офтальмолог – еще не были разными специальностями.
В том же году Роберт Сич, уже старик, решил продать свою прославленную на весь штат практику начинающему доктору Робинсу, а еще через пару лет в далеком Ташкенте, столице тогда еще советского Узбекистана, рождается Артур Бенджамин.
Джозеф Робинс оказался не менее успешным, чем Роберт Сич, хотя в то время это не требовало таких больших усилий, как сегодня.
Джозеф делал по 2-3 операции в неделю (обычно катаракту и пластические процедуры, убирал серные пробки из ушей) и отдыхал по средам, потому что среда – это священное время для гольфа.
Такую практику разделяли многие врачи, поэтому болеть в Америке в среду не рекомендовалось. Но даже больше, чем гольф, Джозефу нравилась офтальмология, и вскоре он снискал авторитет одного из лучших глазников города.
Тем временем Артур Бенджамин ходил в ташкентский детский сад, учился там же в средней школе, эмигрировал с родителями и братом в Нью-Йорк, закончил high school, поступил в Корнельский университет, далее в Дюкскую медицинскую школу, после чего, идя навстречу судьбе, отправился в Лос-Анджелес.
Здесь Артур закончил резидентуру, после чего задумался о будущем. С одной стороны, ему советовали вернуться в давно ставший родным Нью-Йорк, где были все друзья и родственники. С другой, предлагали ученую карьеру в новейших исследованиях сетчатки.
Были и другие варианты судьбы, но счастливый случай свел его с Джозефом Робинсом, который к тому времени как раз собирался на пенсию. Артур приехал к Джозефу в офис, и ему там настолько все и сразу понравилось, что он недолго думая сделал деловое предложение.
Но оказалось, что одним из конкурентов в покупке является не кто иной, как племянник доктора Робинса, как раз успевший закончить резидентуру. Казалось бы, шансы Артура стремительно приближались к нулю.
Однако старый доктор не был в этом так же уверен. Несмотря на то, что племянник сгоряча предложил бОльшую сумму (и несмотря на то, что он племянник).
Роберт Сич рассматривал все кандидатуры объективно, хотя не без участия эмоций. И после долгих раздумий он пришел к мысли, что лучший из всех кандидатов – все же Артур Бенджамин, потому что именно он сумеет держать репутацию офиса на должном уровне.
Возможно, одним из факторов решения было соображение о том, в чьи руки он отдает своих преданных пациентов.
Когда новый доктор пришел в эту практику со всеми своими новшествами, то был приятно удивлен детальной картотекой Джозефа. На каждой картонной индексной карточке размером 4 на 6 дюймов отражалось до 80 визитов.
Например: «Дата: конъюнктивит, лекарство» или «Дата: близорукость, рецепт очков». И ты как на ладони мог видеть жизнь пациента. К тому же Джозеф помнил в лицо каждого.
Молодой офтальмолог Артур Бенджамин начал смотреть по 10-15 пациентов в день, включая священную среду. И к нему в числе прочих все еще приходили 80-90-летние дедушки и бабушки, лечившиеся у Роберта Сича в 1914 году, будучи детьми.
Поэтому Артур до сих пор ощущает себя продолжателем наследия, которому больше ста лет.
И он порой пытается представить, какие чувства посетили бы выходца из Австро-Венгрии Роберта Сича и ветерана Корейской войны Джозефа Робинса, если они хотя бы одним глазком увидели ультрасовременный Лазерный зал в Benjamin Eуe Institute, его электронную облачную картотеку и феноменальное оборудование.
А что бы они сказали, услышав термин “Лазерная коррекция зрения”? Роберт вряд ли бы понял, а Джозеф попросил подробности. А если бы они увидели отзывы тех, у кого теперь неслыханное ранее зрение 20/10? И почитали отзывы пожилых пациентов, зрение которых стало лучше, чем в юности?
Но Benjamin Eye Institute никогда не останавливается на достигнутом. То ли еще будет!
Продолжим нашу рубрику вопрос-ответ с доктором Бенджамином о научных и псевдонаучных мифах в лечении ячменя. Какова цена опасного поцелуй в веко и другие интересные факты читаем здесь.
Три кита, на которых и строилась история успеха BEI: правильный состав кадров, диагностическая инфраструктура и опыт, то есть, доктор, который любит свое дело и всегда находится в процессе самосовершенствования.
Глаза – это не только зеркало души, но и неплохой отражающий элемент всего организма. Благодаря этому офтальмолог может одним из первых диагностировать системное аутоиммунное заболевание, ретинопатию, артериальную гипертензию и многое другое.
Ранее в мини-сериале: ветер, ковер, стрельба из шампанского… Мы расстались на самом пике саспенса: лучше лежа на боку. Для тех, у кого хорошее зрение, но плохая память, напомню: речь шла о промывании глаз в случае попадания в них субъективного бревнышка. Отвечает на все и за все по-прежнему д-р Артур Бенджамин.
Чем опытнее врач, тем больше удивительных сказаний из повседневно-рабочей жизни может накопиться. Сегодня доктор Бенджамин делится своими случаями из практики.
90% всех финансовых расходов человека на медицину – приходятся на последние две недели жизни. Поэтому не только врачей, но и социологов, экономистов интересует: а что если каким-то образом забраться обратно на эту горку, или на плато, с которого начинается спад? В офтальмологии эти шансы велики, так давайте не будем упускать такие возможности и запишемся на консультацию.
Доктор Бенджамин — один из ведущих хирургов в Лос-Анджелесе, специализирующийся на LASIK и операциях катаракты. Помимо лучшего оборудования, доступного на рынке, он принял более 250 000 пациентов и провел 30 000 операций за годы своей работы в офтальмологии.
Продолжаем экскурсию в одной из самых современных клиник Лос-Анджелеса Benjamin Eye Institute и знакомим вас с безграничными возможностями техники.
