Несмотря на восьмь перенесённых операций по поводу катаракты и ее осложнений, жизнь Луиса Борхеса окончательно потеряла краски. Ох, если бы существовала машина времени, и фантазии бы имели свойство воплощаться в жизнь, мы бы доставили Маэстро в Benjamin Eye Instityte
Всем, кто хоть что-то знает об этом мире, известно, что Хорхе Луис Борхес был слеп. Меньшему числу граждан известно, что зрение он потерял к моменту, когда успел освоить всю мировую литературу, включая философию, которую относил к фантастике. И почти никому неизвестно, по какой причине наступила слепота. Никому, кроме борхесоведов.
Рысканье по интернету в поисках ответа на этот вопрос не дает ничего, кроме глубоких рефлексий на предмет утраченного времени. Пришлось заглянуть в самый солидный биографический эпос (я о тяжести тома) Эдвина Уильямсона. Этого автора упрекают в излишнем психоаналитизме или как минимум психологизаторстве (извечная беда биографов; так, верный, но беспардонный и потому отвергнутый сподвижник и полубиограф Борхеса Ди Джованни изрядную часть своих печально скандальных мемуаров посвятил проблемам мочеиспускания мастера), но в детальности Уильямсону не откажешь.
Вот что открылось. С раннего детства Борхес страдал чудовищной миопией (почти оксюморон), а к 29 годам добавилась и катаракта. Лечить ее тогда толком не умели, до рождения д-ра Бенджамина еще было лет сорок, и катаракта к тому же являлась семейным проклятьем: отец, дед и прадед писателя умерли ослепшими.
Первую из восьми глазных операций Борхесу сделали в марте 1928. Полностью ослепнет он лишь через 25 лет. Слабое зрение не сказывалось на пристрастии Борхеса к прогулкам по опасным окраинам Буэнос-Айреса. Вот лишь один из эпизодов. Борхес увлек двоих друзей, Улиса Петита де Мурата (с таким звучным именем сложно было не стать другом писателя) и Сиксто Рондаля Риоса в худшую часть Бельграно, что в Бахо, которое мы помним по рассказу «Рагнарёк». В ту пору это был район полузаброшенных ферм и конюшен, в котором хорошим тоном считалось ходить если не с пистолетом, то уж как минимум с ножом.
Близорукий Борхес шагал с палочкой, стук которой привлек какую-то группу темных личностей. Для разогрева куманьки начали осыпать друзей оскорблениями. Улис и Рондаль приняли мудрое решение бежать. Как люди решительные, они без промедления приступили к выполнению этого плана, не сразу обнаружив, что Борхес остался на месте. Более того, к ужасу друзей, он начал дразнить поножовщиков, задевая их мужественность, т.е. самую больную струну.
«Что ты там вякнула, Розита?» – кричал он им. «Не слышу тебя, Пелагия!». Разъяренные компадритос кинулись в сторону Борхеса, но друзья успели его «повязать», просто физически схватив и утащив на ближайшую железную дорогу. Подоспевший товарный поезд отрезал их от преследователей и они успели раствориться в относильно безопасном центре Бельграно.
Сводя расходящиеся тропки в одну, совершим скачок в 1954-й. Зрение писателя (и поэта) к этому времени ухудшилось кардинально, но это все еще было зрение. Один глаз уже не видел ничего, а при помощи другого он еще мог читать и писать, хотя и при очень плотном приближении страницы к лицу. И тут случился инцидент, отчасти похожий на другой, уже хрестоматийный, когда Борхес разбил голову об оконную раму и, побывав в больнице между жизнью и смертью, написал рассказ «Юг», показавший ему самому, что писательский дар, может быть, не утерян.
На этот раз он с другом и соавтором Бьоем Касаресом (чью исполинскую 1664-страничную биографию Борхеса никогда не переведут на английский) и писательницей Сильвиной Окампо отправился погулять на побережье Мар дель Плата. Там он упал, крепко ударившись, и когда поднимался, обнаружил, что теперь и «хороший глаз» не видит.
Читающие этот блог лишены иллюзий: отслойка сетчатки. Сейчас ее научились худо-бедно приваривать, а тогда об этом и мечтать не приходилось. Бьой и Сильвина привели Борхеса к доктору, тот посоветовал срочно везти его в Буэнос-Айрес и немедленно делать операцию.
Результаты той операции оказались если не плачевными, то малоутешительными. Выйдя через несколько недель из клиники, Борхес еще что-то видел, но уже не мог ни читать, ни писать. С тех пор зрение фатально угасало и через несколько лет картина мира свелась к призрачным намекам на контуры предметов, а из всего многоцветья вселенной остался лишь мутно-желтый.
Как печален этот мир! Даже когда расцветают вишни. Даже тогда. (Исса, «На смерть сына»)
Часто мечтаешь о том, о сем. Что было бы, если Мандельштам избежал ГУЛАГА, Бродский – сердечного приступа, Терренс Маккена – рака мозга. Как-то раз мне приснилось, что я привожу Борхеса в новейший офтальмологический центр…
(окончание следует)
LASIK, CATARACT, GLAUCOMA: Take advantage of the latest technology and one of the best teams in LA
Benjamin Eye Institute 310-494-7193
Текст и фото: Sebastian Varo
Дабы не ослепнуть от величия солнечного затмения, рекомендуем прочитать данную статью. Расскажем существует ли правильная экипировка, в чем уникальность явления и какие симптомы наиболее опасны.
В битве с ячменем лучше изначально сделать ставку на правильное лечение у офтальмолога, если только не решить, что глаза ведь два. Тогда можно потратить время на подбор правильного зелья, заговора или ждать, пока само не пройдёт.
Нет человека, который рано или поздно не столкнулся бы с этим крошечным, но могучим и упорным монстром под названием Ячмень. Вопросы о драконах нужно задавать бродячим рыцарям. Ну или как минимум – действующему офтальмологу, а не верить в заговоры, оккультные мифы и плевки.
Блефарит – это воспаление век, вызывающее боль, красноту век и другой дискомфорт. И хотя это состояние хроническое, в ряде случаев оно поддается терапии.
Последнее сообщение о том, что важнейшая роль в биологических часах и ритмах отдана глазам, была не то, чтобы ошеломляющей, а скорее предсказуемой, ведь факт, что 70% полностью слепых страдают проблемой выпадения из 24-часового цикла был изучен давно. А вот открытие великолепной оптики BellaOptique прямо при офисе BEI – из разряда восхитительного. Не смущайтесь на расстоянии, такое нужно видеть непосредственно своими глазами, да и желательно вблизи.
Разница между возрастом сетчатки и возрастом «по паспорту» может помочь оценить риск смертности человека. Конечно, не смертности как таковой (мы помним, что человек смертен), а в обозримом будущем.
«Во всем важна мера», – избитая фраза, но такая актуальная в лечении (чаще всего самолечении) эректильной дисфункции препаратом Силденафил. Вспомните об ишемической зрительной невропатии и других возможных неприятностях, когда вам приходит в голову увеличить дозу, а мудрее всего – сходите к врачу.
Тут сразу приходит на ум поговорка, давно обретшая бессмертие: «All work and no play makes Jack a dull boy». Альтернатива чрезмерному сидению детей с планшетом или смартфоном – это, конечно, не учение и труд во славу Родины, а просто другие игры и занятия. Но давайте по порядку. Новое исследование показало, что белое вещество в мозге детей, часто и […]
