«Ваше здоровье в ваших руках», или в чьи финансовые обязательства все же будет входить лечение редчайших заболеваний? Пока мы по-обывательски обсуждаем данные темы, надеемся институты, экономисты и профессора этики уже в процессе написания ответов на такие «неудобные» вопросы.
Гепатит к категории “редчайшие болезни” не принадлежал. Но доктор, нечаянно уколовшийся иглой от пациента с гепатитом С, имел один шанс из ста умереть. Для сравнения – уколовшись аналогичной иглой после пациента с ВИЧ – шанс заболеть один из миллиона.
– Получается, этот гепатит пострашнее ВИЧ, которым всех пугают.
– Мы делали прививки, но если кому-то не повезло, и инфекция проскочила, и вирус теперь в тебе, то ты умрешь или от гепатита, или от цирроза, или от рака печени, и эта участь будет не только печальной, но еще и мучительной. Но потом придумали всяческое лечение! Интерферон, лекарства, уколы, которые нужно было делать несколько раз в месяц. Это было сопряжено с потерей аппетита, приливами жара и другими “побочками”, но людям все-таки продлевали жизнь. И вдруг откуда ни возьмись, где-то пару лет назад, одна компания выходит с новым лекарством. Всего лишь 14 таблеток – и у 90% пациентов больше НИКОГДА нет гепатита С.
– То есть?
– То есть вирус полностью исчезает из организма. Компания выступила с таким примерно обращением: мы оценили это уникальное лекарство на большую сумму, но, заплатив за это лекарство, общество выиграет. Потому что излеченные люди останутся полезными членами социмуа, они не будут лежать в реанимации, у них не будет всех перечисленных побочных эффектов, им не нужна пересадка печени, стоящая астрономическх денег. И потому, когда мы говорим, что этот двухнедельный курс будет стоит 180 тыс долларов, мы не только помогаем нашей компании вернуть те сотни миллионов долларов, которые были потрачены на исследование, создание, апробирование и производство этого лекарства, но и помогаем обществу.
– И что сказало общество?
– Общество согласилось. Медикэр и другие страховки платят за него. Более того, общество призывает врачей тщательно проверять пациентов на гепатит С.
-Так это хэппи энд. В чем проблема?
– Допустим, у человека гемофилия или Leber’s hereditary optic neuropathy (наследственная оптическая нейропатия Лебера), которая проявляется как резкая потеря зрения в обоих глазах. Обе весьма редки. Распространенность второй, к примеру, в Европе составляет от 1: 30000 до 1: 50000. С гемофилией люди обычно долго не жили и до недавнего времени им делали переливание крови, что дорого, неприятно и рискованно. Потом создали факторы, которых им не хватало, и им делали раз в месяц инъекции. Все это стоило десятки тысяч долларов в год, но по крайней мере эти люди не умирали.
– А теперь…
– А теперь есть лекарство, полученное методом генной инженерии. Ты получаешь ОДИН укол, в котором есть модифицированный вирус, несущий в себе нужный ген. Он внедряется в твою систему и продолжает там реплицироваться. И в результате человек, рожденный с гемофилией, излечивается. Он все еще может передать ее по наследству, но сам излечен навсегда – ему больше не нужно никакого лечения.
Но его ж еще нет? Скоро оно будет одобрено FDA. Гемофиликов в Америке несколько тыс человек. И это второе такое лекарство, а первое – от той самой нейропатии Лебера. Тут примерно то же самое: достаточно сделать один укол, и вирус с нужной генетической информацией внедряется в пациента. Сколько же должно стоить такое лекарство?
– Ну я не берусь оценивать, хотя понятно, что оно бесценно.
– Компания его оценила в $850 тыс. А лекарство от гемофилии будет стоить… миллион. Кто за это будет платить – вот вопрос и вот в чем проблема. И генно-инженерных лекарств, подобных тем, что я назвал, скоро будет 39.
– Т.е. создаются уникальные лекарства, с одной стороны, но они стоят баснословных денег, с другой стороны.
– Вопрос, который задают специалисты по этике, философии, экономике: кто и как заплатит? Любую страховую компанию такие лекарства могут обанкротить. Нет таких денег на земле. Поэтому нужны какие-то интересные и креативные методы оплаты. Компания, разработавшая средство от нейропатии Лебера, предлагает: мы сделаем вам укол, и вы будете платить по 150 долларов в месяц до конца жизни, а если лекарство перестанет работать, то перестанете платить.
– Вернемся к нашим глазам. Все рассказанное, если уменьшить в тысячу раз, может иметь отношение и к сухости глаз, как я понимаю?
– Конечно. Если ты можешь избавиться от нее раз и навсегда, выплачивая по сто долларов в месяц всего лишь в течение года, то почему бы это не сделать?
– Ну я-то точно сделаю. А креативный метод оплаты сверхдорогих лекарств для небольшого числа пациентов, – краудфандинг, думаю. Как только у вас появится умная машина, спасающая от сухости глаз, мы, надеюсь, вернемся к теме.
– Как раз сегодня установили.
ОКОНЧАНИЕ. НАЧАЛО СМ:
1 СУХОСТЬ ГЛАЗ И ЛЕКАРСТВО ЗА МИЛЛИОН
2 ЛЕКАРСТВО ЗА МИЛЛИОН ДОЛЛАРОВ)
Сухость глаз – это термин для описания группы различных заболеваний и проблем, которые приводят к нарушению увлажнения и любрикации глаза. Когда вы постоянно трете глаза, заставляете себя моргать и ищете глазные капли, дающие временное облегчение, – у вас снижаете качество жизни. Даже если вам кажется, что вы «уже пробовали всё», мы сможем помочь.
В команде Lipiflow прибыло новое устройство OptiLight , задача которого убрать с помощью импульсного света патологические сосуды, чем снимается воспалительный процесс и секреция желёз улучшается. Эти процедуры помогут вернуть вас в ту фазу, когда вам были не нужны ни капли, ни пробки, ни теплые компрессы.
Причины, следствия и методы лечения синдрома сухого глаза, – коротко о главном. Ну, и не забывайте, лучшая инвестиция в лечении синдрома сухого глаза – записаться на консультацию к доктору Бенджамину.
Глазам необходима влага, чтобы оставаться здоровыми и чувствовать себя комфортно. Когда нежный барьер влаги в глазах нарушается, это может повлиять не только на ваше самочувствие, но и на способность видеть ясно. Хотя вы, возможно, никогда не слышали о мейбомиевых железах глаз, они играют важнейшую роль в общем здоровье ваших глаз. Более того, MGD может быть одним из самых распространенных заболеваний глаз, о которых вы, возможно, не слышали. В Benjamin Eye Institute мы предлагаем идеальное решение – LipiFlow. Эта расслабляющая процедура известна как один из лучших методов лечения MGD.
Сухость глаз возникает независимо от возраста и влияет не только на зрение, но и на комфорт глаза – возникает ощущение инородного тела, глаз краснеет, чешется, колется. Кроме того отмечается неблагоприятное влияние на результаты лазерной коррекции зрения и результаты операции катаракты. Несколько лет назад изобрели умную машину под названием Lipiflow со специальным «актуатором», который прогревает веки снаружи и внутри потоком горячего воздуха. При нагревании поток «расплавляет» застывшие рубцы, запекшиеся железы, и как бы сдаивает их, возвращая их былую функцию.
Основная суть использования Lipiflow – состоит не в том, чтобы вылечить болезнь, а в том, чтобы предотвратить более отдаленные последствия, когда спасать уже нечего. Ведь на определенном этапе новые клетки уже не такие хорошие, а многие клетки просто не восстанавливаются. В основе данного метода лежит принцип термопульсации.
Блефарит – это воспаление век, вызывающее боль, красноту век и другой дискомфорт. И хотя это состояние хроническое, в ряде случаев оно поддается терапии.
В эти дни все, кому повезло находиться за пределами горячих событий, по понятным причинам все свободное время и львиную часть несвободного посвящают чтению и просмотру новостей. Помните мудрую инструкцию для пассажиров самолета? В случае чего в первую очередь наденьте кислородную маску сами, а уже потом помогайте другим. Иначе от вас не будет толку.
